Философия Луны. Возникновение жизни. Оптимизация

Статья X

 

Сперва это были оргазмоидные сгустки, претендующие на звание организма, в котором есть четкая система: здесь еще системы как таковой не наблюдалось — сама природа не «видела» сего. На счет «видела» к тому, что никаким ДНК здесь и не пахнет.

Причина деления клетки заключается в переизбытке внутренних свойств: она их не вмещает собой, и начинает делиться в ядре. Так было в самом начале, когда самые первые, уже в остывающем океане, наталкивались друг на друга, и от соприкосновения возникало «ощущение» собственной избыточности. Аналогично происходит в зрелом организме, на всех последующих этапах эволюции, но причина сия состоит уже из более сложных факторов, однако суть не меняется, переизбыток внутренних свойств вынуждает на деление. 

Здесь обнаруживается вопрос онкологии, к слову, что есть попытка организма (мозга) нарастить не предусмотренный программой развития орган. Да, это глубокий сбой общей систематики, в отдельно взятом органе, и мозг получает сигнал (от организма в целом) выращивать «новый орган». Начинается спонтанное и необратимое деление клеток в этой области. Но от переизбытка ли свойств в отдельной клетке? Или организм «сам себя обманул»? Может быть остановить сей процесс возможно путем столкновения делящихся клеток, чтобы мозг получил обратный сигнал — ориентирующий на «стагнацию» сего процесса. 

Ибо клетки, вдруг, перенасытились «ощущением» своей избыточности, только отчего? Ответ, возможно, в том, что на данном участке сконцентрировался энергетический застой, речь о самой общей энергетике тела, био-электро-статической. И этот застой извне как бы — и привел к перенасыщению, что, естественно, есть «самообман» клеток данного органа. И начинают делиться, одновременно нерационально истощаясь, ведь действительной внутриклеточной причины для сего нет. Сие истощение прежде всего и приводит к ухудшению общего самочувствия больного. 

Это пока доброкачественная опухоль. Которая может перейти во злокачественное состояние, начиная себя внедрять, распространяться по другим участкам, заражая другие органы «проблемой перенасыщения ядра» в каждой клетке. Но если клетки в некотором их количестве, скученности, натолкнуть друг на друга, скажем, «ультразвуком» (?), что достигнув ядер только поделившейся клетки, тут же совместит обе, дабы они «увиделись»... то таким образом процесс неестественного деления и начнет затормаживаться, пока не остановится совсем.  

Ибо клетки начнут распознавать сами в себе, что никакого особого переизбытка свойств (качеств, характеристик и т.д.) в них не происходит. То есть, опухоль «съест сама себя», ресурсами организма. Более того, мозг получит полезный опыт «антиракового барьера». 

(Это мысли вслух).

Синдром иммунодефицита. Это «изолирующий вирус», и прежде он изолирует самого себя. То есть, он малоконтактен. От сего, обнаружив в себе «это»... организм активирует иммунный потенциал максимально и на самом глубоком уровне. Разумеется, иммунитет от сего блокируется: ибо занят целиком этой «козявкой», но... серьезной козявкой-вирусом. Только вирус малоконтактен... и прячется (как бы «цистируется», проявляясь тогда, когда «ему нужно»). Скользкий он — для иммунитета, который уже на издохе. И понять бы иммунной системе, что бороться-то не с чем, по сути!

Это фикция. Никакой опасности в «козявке» нет. Однако... мозг не в состоянии тут разобраться, и кидает все силы на борьбу с этой неуловимой и едва различимой «бестией», что мелькает юркой мошкой, не прихлопнуть никак.

Дело в том, что данный вирус есть «эволюционная отрыжка» фактора вирусов, это гибнущий вирус, который нашел способ самосохранения «играя в прятки» с организмом. Сам-то по себе он совершенно бессилен, ничего не поражает; организм, обнаружив «это» — поражает себя сам.

Надо понять очень внимательно, что никакой вирус не может «отключить иммунную систему», которая формировалась с момента самого первого возникновения самых первых клеток в еще кипящем океане, что погибали, борясь за выживание... потом океан остывал, и клетки боролись также, уже выживая, и сохраняя в ядрах на электронном уровне память о силе сопротивления... смерти! Самой смерти, не то что... каким-то болезням.

Это еще не генетическая память как таковая, то есть весьма организованная, но она устойчиво фиксирована тем не менее, и вошла в геном, когда тот стал основой рождения. И она, эта древнейшая память от первых клеток, как замес фундамента иммунной системы! Что же ЭТО может «отключить»?

Только сама себя — блокировать неуемной натугой всех сил своих, даже «глубже генома» которые... чтобы исторгнуть из организма «эту заразу». А исторгать-то... и нечего. Потому что попав в организм, если иммунитет игнорирует сие, данный «вирус» поблуждает по клеткам, да и дезактивируется уже совсем, ибо итак на издохе. Клетки сожрут остатки сей массы, будто и не было ничего особенного. 

Коронавирус... какой-то симбиоз известного вируса? На порядок более активный остального. 

Может быть такое, что вирус копирует себя по клеткам в измененном состоянии, это «вихляющий вирус», в котором проявлена как бы новая стадия эволюционной приспособляемости, он «переодевается», хотя гардероб и не особо разнообразный.

Переходя из клетки в клетку он меняет облик — это вирус, который дублирован в себе стремлением быть чем-то еще, кроме того, что он уже есть. Конечно же, сие есть предположение, снова мысли вслух, в рамках темы о генезисе. 

Но раз такое дело, то он мало чем отличается от специфики СПИДа, он слаб, его прищучить легко. Действительно опасен устойчивый вирус, фиксированный в себе, знающий свое дело, для чего он, по всей, так сказать, форме. А вирус-«комедиант»... хоть и носит рассованные по карманам неприятности для здоровья, но, на деле, «забывает» непрестанно где у него что лежит. Да и одежки меняет... Не успевает сам за собой... Неряшлив, и прочее.

Да, он посему плохоуловим, но себя самого, пожалуй, испугается, если его столкнуть «с самим собой» в том же «прикиде»... Это как дамочка, что желает иметь эксклюзивный наряд. И запутается в себе, завоет, запсихует: «Этого не может быть, только у меня такой наряд!». И скиснет.

Данное описание не есть «рецепт излечения», а к тому, чтобы лучше представить процессы эволюции на всех уровнях. 

Вирусы возникают от сбоев в эволюционных процессах, объяснение «что они такое» довольно банально. И порождаются вирусы самой иммунной системой, которая, в случае общего недомогания (переохлаждение, плюс стресс, физическая нагрузка, и прочее) выдает некий «рабочий алгоритм» антител, который, впрочем, или несколько избыточен, или поспешен, и т.д. — не совсем выверен, чему поспособствовали какие-то условия в самом организме и внешне. Иммунитет работает, справляется с недомоганием, но при этом выдал «излишний алгоритм»; разумеется, будь данный человек в изоляции, то просто выздоровеет, излишек «не совсем правильных» антител упразднится, и все будет путем. Но если таковой чихнет на соседа, то... данный «алгоритм защиты», попав в его организм через дыхательные пути, становится «штаммом», еще не вируса как такового, но если тот, на которого чихнули, так же, слегка в недомогании, то этот «алгоритм-штамм» начнет работать в «содружестве» с его иммунитетом... и произойдет казус: данный «штамм» (алгоритма защиты, выздоровления) не собственный, а привнесенный, не родной, а у каждого организма свои особенности. Теперь этот чихнет на кого-то, уже частично усвоив «штамм», но конкретно в нем иммунная система лишь вошла в слабое противоречие с этим внешним «спасителем»-«оздоровителем».

А вот дальнейшие искажения «штамма» через «чихи» приведут уже к редуцированию вируса — именно что выделение в нечто самостоятельное и довольно простое по своей схеме относительно организма как такового. 

Как же лечить СПИД? Сложный вопрос. И, наверное, не имеющий ответа, потому что иммунную систему невозможно отключить (на время и в специальных условиях), чтобы она перестала «тужиться» в «борьбе» с тенью. Или, как «вариант», создать искусственно штамм вируса, сделав его еще более вялым, совсем «умершим» как бы, и ввести в организм. Вирусы «узнают друг друга», и начнут путать себя друг с другом, а иммунная система увидит, что процесс пошел (как-то сам, без ее участия): вирус сам себя истребляет. И охладеет к сему... И через время все закончится само.

(Хотя, возможно, не все так «просто» тут).

 

Итак, оптимизация. Оргазмоид, наконец, родил сгусток, в котором нет той слабой (почти никакой) организации что у «родителя», и мы понимаем, что по сути... и родителя-то нет, а есть только пазуха на внешней выпуклости всей колонии клеток, этого сгустка, которая не понять какое имеет отношение к самой колонии, или к оргазмоиду... организму? Как «это» называть тоже не совсем ясно.

Сама колония клеток, оргазмоид, учуяв присутствие «нароста» на внешних контурах своих, начнет резко выталкивать это образование. В принципе, тут разницы нет, если бы извне нечто вторглось, внедрилось как бы внутрь, результат был бы аналогичным: аврал, нас захватывают, опасное вторжение!

Так что, оргазмоид может начать выталкивание еще в процессе деления, которое началось от активации женской клетки прибывшим извне «сперматозоидом», но в больших кавычках, ибо там не понять что. Стимул активации деления, естественно, ограничен, он имеет предел, физический предел, ибо клетка так или иначе выдохнется в этом процессе. Она поделилась раз, и по экспоненте пошел общий процесс деления, как развития, но все-таки, он не будет беспредельным. Хотя бы еще и потому, что размеры самого «носителя» (скажем так, вместо «родителя») как-то ограничивают «плод». 

Так или иначе, процесс будет исчерпан. И по его завершению, или еще в ходе, оргазмоид начнет избавляться от сего, содрогаясь всей массой, и это вялое содрогание, мышечной ткани нет еще, тем не менее, клетки легко скользят друг по другу магнетическим усилием.

И вот вопрос: как же возникла мышечная ткань. И ответ очевиден, именно от таковых процессов — «рождения», или... копирования? Или как это определить.

Сам принцип мышечной ткани берет начало от «родовых потуг» оргазмоида, что стремится избавиться от «нароста».

Также интересно, если изначально проявлен антагонизм к плоду у первичных организмов, то как же потом образовался материнский инстинкт? И... именно что от противоречия, данный антагонизм в свое время сыграл свою сильную роль, стал фундаментом противоречия, потому что когда уже организмы более менее стали организованными, то «оргазмоид» уже узнавал свое, ибо там и мозг наметился, нервная система... вообще систематика, и не назовешь уже никак это «колонией клеток». Стал узнавать... 

Но глубинно-то, на уровне «электронной памяти» в ядрах, что? Антагонизм.

И вот (вам) веская причина для развития материнского инстинкта: эффект весов, антагонизм против «родственного чувства». Перевесило второе, потому что систематика усложнялась, привнося в ощущение (твари) еще больше причин принимать плод за свое, родимое. А сам перевес послужил закрепителем, фиксатором сего... инстинкта. 

Самого первого. До сего «колония клеток» просто как-то двигалась, побуждаемая колебаниями среды, да внутренними спонтанными, и весьма хаотичными потребностями питания, и прочее. Но инстинкт это четкий стимул мозгового уровня, который определяет движение категорично, который неодолим ни внутренне, ни внешне. Изначально такого не было, конечно же.

Итак, некий «оргазмоид» (в некотором философском смысле мы все до сих пор... «оргазмоиды») перешел в стадию вынашивания, озаботился плодом уже на уровне тех клеток, что еще не нейроны, но успешно двигаются в этом направлении. И (!) именно данное обстоятельство послужило пороговым толчком к действительному образованию мозга... 

А значит, и всего остального в организме. 

Стенки маточной области, при активации процесса деления, стали отслаивать себя в направлении материнской клетки, чтобы образовывать «цисту», защитный барьер, ведь «оргазмоид» теперь печется о плоде, полагая его частью себя, но уже имея глубокий импульс к родовому отторжению плода по завершении внутриматочного развития. Возник уровень внешний, и уровень внутренний — мозгового «фронта событий» в организме.

Это «сознание» и «подсознание».

Импульс отторжения сугубо внутренний, спонтанно физиологический, неподвластный каким-то внешним «хотелкам» организма, что выражены, например, в выборе направления движения. Который тоже «спонтанен», разумеется, да не совсем: если приходится выбирать между взвесью А и взвесью Б, которые на одинаковом расстоянии, то... куда именно устремится организм сей? Какую взвесь поглотит прежде? И это его выбор, но это внешний выбор, внешняя реакция. А внутренняя уже отвечает за родовую потугу, чтобы вытолкнуть из себя дозревший плод.

 

Процессы усложнялись, видов как таковых еще не было, природа тут экспериментировала «по сумасшедшему». Уже более менее организованные представители живой материи могли в коротком промежутке времени менять внешний облик, и, скажем, область мозга смещалась куда-то, матка подбиралась «под себя», перекатываясь по пузу, весь организм был покрыт некой «сопливой пленкой», отростки конечностей не были фиксированы, и «вырастали» хаотично, менялись, исчезали совсем. 

 

Разумеется, настал «момент» когда только взвесей для питания стало недоставать. 

Какие-то организмы все-таки приспосабливались искать «молекулярную кашу», а какие-то... видимо, памятуя глубинно сугубо внутренний опыт «клеток-каннибалов», уже совершали попытки нападать... Выглядело сие комично. Некий «блямбус» (от «блямба» и «автобус») подкатывает к другому организму, дергая как возможно всем телом, чуть сносимый колебаниями воды, слабеньким течением, не зная еще плавников... И влипается в «добычу», пытаясь втянуть в себя. 

Так постепенно развился челюстной отдел, а далее и прямо «челюстной аппарат». В наиболее напряженных точках организма возникали сгущения костной ткани. Постепенно и плавники нарисовались, и вообще, вид организмов становился более устойчивым. Океан почти остыл до более менее оптимальной температуры, хотя совсем общедостаточно прохладным он станет еще не скоро (впрочем, оставаясь все-таки «теплым»).

 

Если крупный организм хищной направленности заглатывал более мелкий, как он переваривал его? И — как было раньше со взвесями, поглощенный организм некоторое время «трепыхался», но «канальные» клетки весьма втискивались в добычу и «делали что могли», желудка как такового не было.

 

Однако, организм уже почти научился распределять питание.

Растительного мира не было, он возникнет позже вслед за «животным», и первое «растение» на планете это плесень, о чем и будет рассказано далее.

 

 

 

 

Понравилась статья! Поделитесь в соцсетях!

Подпишитесь на нашу рассылку!

Комментарии

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.

Похожие статьи